Польская интеллигенция на рынке труда

Главный тезис статьи Марека Зюлковского заключается в том, что значительная часть польской интеллигенции впервые за свою полуторавековую историю начала ориентироваться прежде всего на индиви­дуальный финансовый успех, отказываясь от традиционно выполняемых социальных ролей и определенных детерминант своего прежнего социального положения. Это проявление прагматического сознания особенно заметно в поведении научных и научно-педагогических работников.
Восточноевропейское понятие интеллигенция содержит нес­колько значений, наиболее существенны определения интеллигенции как социально профессионального слоя. В польской традиции первичным и главным было понятие интеллигенции-элиты. Все дискуссии об этом слое касались ее роли в разных ситуациях и эпохах жизни народа. От интеллигенции-элиты ждали соединения посланничества и профессио­нализма в реализации двух основных миссий: национальной и модернизационной.

Польская интеллигенция получила чрезвычайно тяжелый опыт результате оккупации во время и после Второй мировой войны. Первые послевоенные годы были периодом борьбы коммунистической власти со старой интеллигенцией! В то же время с каждым годом значительно росло общее число лиц с высшим образованием, возникла новая интеллигенция, ведущая свое происхождение из рабочей и крестьянской среды. Интеллигенция к концу 80-х годов составляла многочисленную, почти 2-миллионную группу, среди которой преобладали интеллигенты в первом поколении. Ее зависимость от государства была огромной, значительно больше, чем рабочих, а сила протеста и группового давления значительно меньшей, чем у рабочих.
Интеллигенция была не только экономически, но и политически очень дифференцирована, часть ее активно участвовала во властных структурах и укреплении системы, другая пыталась реформировать ее изнутри, третья часть сыграла существенную роль в оппозиции против этой системы. В период медового месяца трансформации в 1989-1991 гг. пред­ставители   интеллигенции   располагали   особой   комбинацией   двух факторов, которые облегчали переход к новой, демократически избирае­мой власти.  В старой системе часть интеллигенции не только занимала высокое социальное положение, но и обладала также высоким общест­венным престижем и авторитетом. Профессора университетов занимали всегда первое место в рейтинге престижа профессий. Некоторые интел­лигентские профессии имели определенную независимость - профессора, писатели и артисты. Именно они в момент падения системы выражали ценность нового общественного порядка.
Но введение в систему демократического капитализма хотя и расширило спектр возможностей самореализации интеллигенции, но одновременно снизило жизненный уровень. В целом этот социальный слой решительно выиграл. Это наиболее стабильная наряду с рабочими профессиональная группа, возросшая количественно: с 10% работающих в 1989 г. до 14% в 1998 г.  Выиграл он по уровню получаемых доходов. Среди всех посткоммунистических стран региона именно в Польше высокие доходы связаны в большой степени с высшим образованием и высокой квалификацией.
Однако социальное положение слоя интеллигенции определя­ется растущей внутренней дифференциацией. Наряду с прежними источниками дифференциации наибольшее влияние оказывает переход части интеллигенции на принципы рыночных отношений, но коли­чественно преобладает значительно хуже зарабатывающая  бюджетная интеллигенция. Больше других выиграли от перемен две относительно немногочисленные группы: высшие чиновники центральной и местной администрации и высшие руководящие кадры в государственном секторе экономики. Экономического успеха достигла также более многочис­ленная группа независимых высококвалифицированных профессионалов (юристы, экономисты, специалисты по маркетингу, врачи, некоторые ученые и мастера пера), функционирующих на свободном рынке. Можно сказать, что значительная часть интеллигенции сумела превратить свой социальный и культурный капитал в экономический, приспособилась к свободному рынку, изменила свою жизненную ориентацию. Бюджетная часть интеллигенции к требованиям рынка мало приспособилась, так же как и часть творческой интеллигенции, привыкшая к меценатству со стороны государства и мягкому финансированию.
Интеллигенция в наибольшей среди всех групп польского общества степени участвует в общественной жизни, составляя базу "Гражданского общества". Хотя политически она сильно дифферен­цирована, оказывает наибольшую поддержку происходящим переменам не только политической либерализации, а и переменам, связанным со свободным рынком, хотя эти перемены часто вынуждают от многого отказаться и угрожают ее краткосрочным интересам.
Общественное положение интеллигенции во всей социальной структуре подвергается определенным изменениям. С одной стороны, высшее образование дает более высокие доходы. С другой стороны, представляется, что интеллигенция утрачивает свою высокую позицию как группа со специфическим стилем жизни и участием в "высшей культуре. Высшее образование становится все более социально желаемым. В ответах на часто задаваемый вопрос о целях и стремлениях в жизни ответ знания и образование дали в 1984 г. 12,3% респондентов, а в 1998 г. - уже 31,2%. Обеспечение детям высшего образования все больше понимается как основная инвестиция в их будущее. Большой количественный рост студентов (с 403,8 тыс. в 1990/91 уч. г. до 937,5 тыс. в 1996/97) был достигнут в значительной мере благодаря принци­пиальным изменениям в системе высшего образования в Польше. Она ныне состоит из трех основных направлений. Первое из них – это традиционное государственное бесплатное дневное образование. Второе -платное вечернее и заочное образование в тех же учебных заведениях. Третье - наиболее динамично развивающееся платное обучение студен­тов в частных учебных заведениях, где обучаются уже 30% польских студентов. Развитие этой формы обучения студентов - одна из специфических черт социальной трансформации в Польше. В государ­ственных вузах, где сочетаются дневное бесплатное и вечерне-заочное платное обучение, логика обеспечения равенства шансов и логика рынка взаимно переплетаются. Это взаимное переплетение отражается и на биографиях отдельных преподавателей. Средний польский профессор, занятый, как правило, на двух работах, чаще всего одной в государственной сфере, другой - в частной, часто подвергается очень интенсивной самоэксплуатации.
Итак, в среде интеллигенции, заключает Марек Зюлковский, наблюдается все большее расслоение: часть ее с трудом приспо­сабливается к новым условиям, другая часть успешно превращается в типичный для западных стран "knowledge clasS" профессиональный и ориентированный на рынок "класс людей знания!, но утрачивает при этом чувство  общности,  разделяясь  на  прагматически  ориентированныепрофессиональные группы и становясь сообществом высококвалифи­цированных экспертов и специалистов с сертификатами высших учебных заведений. Роль интеллигенции как элиты, которая должна быть образ­цом, носителем национальной культуры и духовным вождем, ослабевает и обесценивается.