Особенности развития женского воспитания и образования во Франции XVIII века

Начиная с раннего Средневековья христианская идеология оказывала мощное культурное влияние на французское общество через педагогическую деятельность религиозных организаций. Важными центрами женского образования во Франции до XVIII в. были монастыри. При них возникали школы, где вместе с готовившимися к пострижению девушками обучались и те, кто намеревался возвратиться в светское общество.
Период с 1590 по 1640 г. во Франции отмечен всплеском развития идеологии католицизма, обратившейся к новым задачам: проповедовать, реформировать и обучать. К этому периоду относится формирование многих христианских организаций, занимавшихся образовательной деятельностью,  орденов иезуитов, капуцинок, бенедиктинок, визитандинок, урсулиноки др. Всего к 1711 г., перед началом активного процесса секуляризации французской образовательной системы, на территории Франции было основано 38 религиозных образовательных организаций орденов.

Вопросы женского воспитания и содержания образования для девочек в Средние века разрабатывались крупнейшими теологами и педагогами (Иероним, Иоанн Златоуст, Ратхер Веронский, Винсент из Бове, Ф. Новарский, Эгидий Римский (Колонна), Ж. де ла Тур Ландри, П. Дюбуа).
Иероним (IV в.) в «Письме к Лете о воспитании отроковицы» главной целью воспитания женщины поставил воспитание души. Им была предложена методика обучения девочки, в частности наглядного обучения чтению и письму и совмещению его с обучением   истории,    подчеркивалось значение активного участия матери в обучении девочки Писанию, греческой поэзии, устной латыни, ремеслу, скромности в одежде и еде. Нравственное воспитание осуществлялось через чтение религиозной литературы, для чего Иеронимом был разработан комплекс книг и программа их изучения.
Система женского воспитания и обучения Иеронима пользовалась популярностью на протяжении нескольких веков, включена в педагогические системы, представленные в трудах «О наставлении детей знатных граждан» Винсента из Бове, «О воспитании девиц» Ф. Фенелона и «Трактате об образовании» Ш. Роллена, а отдельные элементы проявились в работе Эгидия Римского «О правлении государей», «Книге рыцаря де ля Тур Ландри, написанной в назидание его дочерям» и трактате «Об отвоевании Святой земли» П. Дюбуа.
Филипп Новарский в трактате «Четыре возраста человека», как истинный крестоносец, придерживался не очень высокого мнения о женщинах, особенно молодых. Ответственность за воспитание девочки возлагалась вначале на отца, а затем на мужа, и долг женщины состоял в том, чтобы повиноваться, быть стыдливой, не проявлять самостоятельность даже в делах благотворительности. Если женщина не намеревалась стать монахиней, то ее не следовало обучать ни чтению, ни письму, а лишь ремеслу.
В XVII в. во Франции появилось новое культурно-просветительское явление  салон, ставший формой реализации общественных устремлений женщин. Первым в Париже в 1617 г. открылся салон мадам де Рамбуйе, где собирались деятели науки и культуры для обсуждения актуальных проблем. Разговор наедине запрещался, хозяйка салона выбирала тему и руководила дискуссией. По мнению В. И. Успенской наиболее значимыми стали салоны мадам де Жофрен, мадам дю Деффан, мадемуазель Д'Эпине, мадам Неккер и др. В салонах планировалась и обсуждалась большая часть работы над проектом Энциклопедии, а квартира мадам де Жоффрен стала штабквартирой энциклопедистов.
В XVII в. во Франции женщины принимали непосредственное участие в процессе обучения, хотя официально их деятельность не регламентировалась до конца XIX в. П. Каспар, исследуя историю французской системы образования, обратился к вопросам возникновения и развития женской практики преподавания в кантоне Невшатель.
До последних десятилетий XVIII в. большую часть руководителей в сельских школах составляли мужчины. Работа школ не была постоянной, летом школу посещали только младшие дети, не занятые в полевых работах, зимой же количество учеников достигало 100 человек в крупных деревнях. Перед ректором школы вставали две проблемы: руководство многочисленной группой маленьких детей и организация педагогической деятельности в  неоднородной половозрастной группе классе. В решении этих вопросов помощь ректору оказывали три группы лиц:
•    самый успешный и грамотный ученик, что является продолжением семейной практики воспитания;
•    официально назначаемый на определенный срок (зимние месяцы) и определенное жалованье помощник, в чьи обязанности входили занятия с отстающими учениками, но некоторые коммуны (Сен Блез, 1716) ограничивали их деятельность обучением самых младших школьников;
•    помощница ректора, принимавшая непосредственное участие в обучении. В ее функции входило элементарное обучение (чтение, заучивание наизусть), что с точки зрения разделения педагогического труда близко к обязанностям помощника учителя, но может также рассматриваться как вариант реализации семейной практики воспитания, когда мать, даже менее образованная, чем ее муж, осуществляла начальное обучение своих детей. Женщины помощницы ректоров также наблюдали за порядком и организовывали работу в классе, особенно когда численность в нем доходила до ста детей.
Женское присутствие позволяло продолжать образовательную деятельность в случае отсутствия, болезни и кончины регента. В 1661 г. вдова регента Траверса («регентша школы») заменила его после смерти и получила 237 ливров в «оплату за обучение молодежи в течение одного года». В Кортайо (1725) в течение месяца после кончины регента жена исполняла его обязанности. В Кофране вдова регента заменяла его в течение 4 лет (1760-1763), управляя летней школой. И наоборот, кончина супруги регента стала причиной его отставки в коммуне Валанжен (1730).
Для вовлечения женщин в образовательную деятельность и для ее организации по семейному принципу существовали экономические причины. Руководство школой занимало неполный рабочий день (около 30 часов в неделю), т. е. половину нагрузки, считавшейся обычной в XVIII в., и регенту приходилось содержать пансион на одного или более детей, что требовало присутствия женщины. Таким образом, женщины одновременно принимали участие в педагогической практике и семейной экономике.
В отношении вопросов женского воспитания французская образовательно-воспитательная система, где авторитетами были античные авторы и христианские теологи, основывалась на библейских текстах, а именно Послании к Ефесянам св. апостола Павла (Гл. V, стихи 2224), где говорится «жены, повинуйтесь своим мужьям». Но при этом не упоминались стихи 25, 28, 31, 33, говорящие о том, что муж должен любить жену, а не только руководить ею. На идеи о женском образовании и его содержании решающее влияние, прослеживающееся в трудах французских педагогов, оказали постулаты о том, что жена должна учиться в безмолвии, а учить ей не позволено (Первое послание к Тимофею, Гл. II, стихи 1114), ограничившие женщине возможности участия в педагогической деятельности и получения образования.
Тем не менее в XVII в. французские женщины уже принимали участие в образовательной деятельности. Регулярность и последовательность их присутствия во французской системе образования способствовали появлению дифференциации между обязанностями хозяйки в школе ее мужа регента и учительницы летних школ, детских школ, затем школ для девочек и смешанных школ (1850), ее паритета с учителем мужчиной, хотя и не по количеству рабочих мест и размеру жалованья, но по профессиональной   компетентности   и статусу. Строгая индивидуализация образования в коммунах произошла в 1850 г., когда закон о начальном образовании обязал практикующих учителей и учительниц иметь патент, идентичный и для мужчин, и для женщин.
Французский закон об организации начального образования от 30 октября 1886 г. гласит: «Статья 6: Обучение ведется учительницами в школах для девочек, в детских садах, в школах для младших детей или в детских классах и в смешанных школах. В школах для мальчиков, женщины могут быть допущены к преподаванию в качестве помощниц, при условии что они являются супругой, сестрой или родственницей по прямой линии директора школы». Эта статья закрепила де юре за женщиной ту роль в системе образования, которую она уже играла де факто в конце XVIII в.