Берлин в изображении Э.Т.А. Гофмана-Новеллиста. Часть 3 

Биографы Гофмана сообщают, что новелла была написана в оккупирован­ном Наполеоном Берлине, где Гофман вел полуголодное существование, тщет­но пытаясь найти работу как музыкант и художник. По мнению рас­сказчика, в данной обстановке почетнее быть «не берлинцем». Поэтому достой­ные герои рассказа у Гофмана прибыли в город из другого времени, как кавалер Глюк, либо из другого пространства, как рассказчик, который только знакомится с городом, либо из мира грез, подобно воображаемым собеседникам героя. Рассказчик сознательно избегает общения с берлинцами, вызывает в вообра­жении «дружественные тени», чтобы беседовать с ними «о науке, об искусстве, словом, обо всем, что должно быть особенно дорого человеку». «Друже­ственные тени» наряду с Глюком, с которыми только возможно общение худож­ника, играют немаловажную роль в создании фантастического образа Берлина. Таким образом, в реальном Берлине, показанном в новелле «Кавалер Глюк» культурное пространство города - Королевский оперный театр, городской сад Тиргартен, центральная улица Унтер-ден-Линден - населено берлинцами, в большинстве своем филистерами, поэтому истинному художнику приходится существовать в мире вымышленном, созданном собственной фантазией.Самые лучшие игры Бродилки на двоих, вы сможете найти на сайте https://playshake.ru.Также на данном ресурсе имеется самый широкий выбор игр по категориям  на любой вкус!

Введение иного временного пласта как средства создания фантастического характерно и для новеллы «Выбор невесты». В ней персонажем из другой исто­рической эпохи выступает алхимик Леонгард Турнхейзер, который жил в Берли­не XVI в., современные горожане его воспринимают как золотых дел мастера. В его рассказах воспроизводится история города. Поскольку Берлин в начале XIX в. был, по замечанию современников, сравнительно молодым городом, Гофман создает свой городской миф, опираясь на хроники Хавтития. Миф этот начина­ется с воссоздания средневекового Берлина. Как и ранние романтики, Гофман не дифференцирует Средневековье и Ренессанс. Традиционно, как и в новелле «Мастер Мартин-бочар и его подмастерья», где местом действия становится Нюрнберг 1580 г., Гофман обращается к подлинному историческому событию - торжественному приему, «оказанному жителями Кёльна в тысяча пятьсот восемьдесят первом году, в воскресенье на крестопоклонной неделе курфюрсту Августу Саксонскому». Рассказ Леонгарда представляет собой панорамное изображение пиршества: «бюргеры обоих городов - Берлина и Кёлльна, включая и шпандауэрцев, в полном вооружении выстроились шпа­лерами от Кепеникских ворот до самого замка». Этот экскурс должен вызвать в памяти читателя историю возникновения Берлина, который образо­вался в начале XVIII столетия в результате слияния пяти городов, в числе кото­рых были Кёльн и Берлин. Гофман в новелле «Выбор невесты» не толь­ко изображает важнейшие составляющие Берлина как средневекового города - соборы Николаускирхе и Мариенкирхе, башню старой ратуши, Кепеникские воро­та,- но и саму атмосферу эпохи, «свойственный человеку средневековья страх». Старик Манассия напоминает, что эти торжественные события проис­ходили во времена, когда «на площади нового рынка дымились костры и лилась кровь ни в чем не повинных жертв..», свирепствовала инквизиция. По­добно Гюго, Гофман описывает средневековый город, его нравы и обычаи, в том числе и неприглядные. Берлин XIX в. в новелле «Выбор невесты» наследует сложный комплекс средневекового Берлина, он предстает у Гофмана городом, «где в самом воздухе застоялось что-то. от истерии уходящего средневековья, от его подспудных психических эпидемий». Подобно Кайзерсашерну Т. Манна, Берлин в гофмановской интерпретации имеет своих сумасшедших, при­чем грани, отделяющей норму от безумия, реальность от фантастики часто не существует.

Красной нитью как в самих новеллах сборника «Серапионовы братья», так и в обрамляющем повествовании проходит «сумасшедшее пристрастие ко всему сумасшедшему». Параллельно реальному Берлину в новелле «Эпизод из жизни трех друзей» существует Берлин сумасшедших и привиде­ний, это еще одна грань образа фантастического Берлина. Они обитают в респектабельных районах: Неттельман на Фридрихштрассе или дух тетушки в ее уютном доме на Грюнштрассе. Неттельман, являясь уважаемым человеком в городе, правителем канцелярии, считает себя временами королем Амбоины. Тетушка одного из друзей при жизни, а потом и после смерти празднует день своей несостоявшейся свадьбы. По мнению Н.Я. Берковского, это «свиде­тельство того, как пуста эта жизнь и этот быт - быт бесчеловечный, механизм, вставленный в быт». Слишком глубокое погружение в бытовую сто­рону жизни, по мнению Гофмана, делает существование берлинцев бездухов­ным. Уютная, патриархальная жизнь, воплощением которой может служить квартира тетушки, становится абсурдной. Образ патриархального Берлина с его тетушками, мопсами, старыми девицами переходит в новое качество - возникает страшный, фантастический Берлин, где люди сходят с ума, призра­ки продолжают действовать вместо людей.

Фантастический Берлин является у Гофмана продолжением детально воспроизведенного реального города. Позволим себе не согласиться с иссле­дователем А.Б. Ботниковой, утверждающей, что действие в новелле «Эпизод из жизни трех друзей» «не происходит в Берлине, а перемещается туда». В рассматриваемых новеллах Берлин не просто условное место дей­ствия, здесь создается панорамная картина Берлина разных эпох и разных измерений, этот город сам способен порождать гофмановских героев - чуда­ков, энтузиастов, художников, и, конечно же, истинных берлинцев. Не подле­жит сомнению многогранность созданного Гофманом образа Берлина. Он мо­жет рассматриваться с точки зрения музыкальной составляющей, многие па­норамные виды города напоминают словесное описание картин и гравюр.