Как все начиналось в ХДС

Христианско-демократический союз (ХДС) формировалась как миро­воззренческая межконфессиональная партия, способствовавшая образова­нию центра в немецком обществе⁴.

26 июня 1945 г. в Берлине по инициати­ве Андреаса Хермеса был обнародован призыв к организации христианско-демок- ратической партии, который подписали 35 политиков.

За восемь дней до этого - 18 июня - началась работа над первой редакцией так называемых кельнских тезисов будущей партии, название которой оставалось некото­рое время неясным. Тезисы были представ­лены в конце июня. После конференции епископов в Верле в августе 1945 г. вместо «христианско-социальный» утвердилось на­звание «христианско-демократический».

2 сентября последовало официальное основание партии в Кельне. В конце года в Рейнланде насчитывалась уже 21 окружная партийная организация из 39 земельных округов. 14-16 декабря 1945 г. на встрече в Бад-Годесберге партия была официально названа Христианско-демократическим со­юзом.

Следует отметить, что ХДС вырастал снизу, из земельных организаций раз­личных оккупационных зон, и только 20­22 октября 1950 г. в Госларе, то есть пос­ле создания западногерманского государ­ства, состоялось оформление партии на федеральном уровне.

Роль религиозной идентичности в политическом сознании части элит в послевоенной Германии трудно пере­оценить.

Так, в первой и второй редакциях упо­мянутых Кельнских тезисов встречаем сле­дующие указания на Бога и христианство: спасение страны - «искреннее осознание христианских и европейских жизненных ценностей, которые раньше владели не­мецким народом и делали его уважаемым среди народов Европы», «истинный христи­анский социализм» провозглашался одной из целей развития страны⁵.

Далее еще более детально: «Бог - хозя­ин истории и народов, Иисус - сила и закон нашей жизни»⁶, спасение и возрождение заключены в действенности христианских жизненных сил в народе, демократическое государство понималось поэтому как «хрис­тианское, немецкое и социальное».

Политическое мировоззрение, осно­ванное на христианстве, таким обра­зом, было первично; идеология, благо­даря которой могли быть выстроены или, если принять во внимание всю предыдущую христианскую традицию, возрождены, истинная система ценнос­тей и существующее на ее основе госу­дарство, вторична.

Национал-социализм в этом контексте выступал как временное, страшное опьяне­ние материалистическими ценностями: «Национал-социализм обрушил Германию в несчастье, примеров которому не было за ее продолжительную историю»⁵.

Христианство приобретало и дру­гую миссию - миссию возрождения де­мократии. Его включение в программу ХДС дало возможность выстроить сис­темный план обновления, который впоследствии достаточно интенсивно дорабатывался.

Логика первых кельнских тезисов заключалась в следующем: необходимо создать условия для появления свобод­ного человека и свободной нации, га­рантировать уважение прав и свобод.

При этом «искренность, честность и верность данному слову должны сопро­вождать <...> общественную жизнь», а «социальный порядок <...> [должен отве­чать] как демократической традиции не­мецкой истории, так и ценностям и духу христианского естественного права»⁵.

Из этого следуют, по крайней мере, четыре промежуточных вывода:

-      во-первых, будущее государство, в представлении ХДС, нацелено на предоставление гражданину как можно большего объема прав и защиту его от злоупотреблений;

-     во-вторых, оно должно пытаться реабилитировать себя вследствие того, что было причинено гражданину в то­талитарное время. Именно этим объяс­нялось желание создать эффективную систему, в которую верят;

-       в-третьих, политики, выступав­шие за подобную модель государствен­ного устройства, усматривали в хрис­тианских ценностях возможность мо­рально удерживать раскрепощенного индивида;

-      в-четвертых, система, по их мне­нию, была способна активизировать ме­ханизмы внутренней идентификации.

Не случайно в этой связи обраще­ние к немецкой истории в европейском контексте, а вслед за ним к толерантно­сти и миру. Исходя из этого немцы, по мнению авторов тезисов, должны были построить стабильный демократичес­кий порядок на основе исторически проверенных ценностей и доказать вер­ность ему.

Вторые Кельнские тезисы детализи­ровали внутриполитическую програм­му усиления демократии в Германии.

Что касалось Франкфуртских тези­сов сентября 1945 г., то основатели ХДС в Гессене также хотели другую Германию, чем «та, которая была до 1933 или до 1914 года»⁷. Немцы, по их мнению, были духовно больны. Назва­ние болезни - прусско-германская ис­тория. Средство для ее лечения - «идея права, уважения гражданина»⁷:

«Новое государство должно предоста­вить через конституцию своим гражданам четко описанные гражданские обязанности и гарантировать им неприкосновенные ос­новные свободы через действительную за­щиту от нападок государственной власти».

Разработчики тезисов подняли чрезвы­чайно сложную тему перевоспитания, из­лечения от заблуждений и самоопределе­ния: так, на месте националистического, с их точки зрения, сознания должно «по­явиться ясное (geklart) национальное со­знание <...> какое есть у других великих народов, в котором наряду с естественной любовью к отечеству имеется достаточно места для на стоящего мирового граждан­ства (Weltburgertum)»⁷.

Если принять во внимание истори­ографические концепции, в которых в качестве одной из причин обеих миро­вых войн называются противоречия параллельных разноскоростных про­цессов политической и экономической модернизации [1], то рассмотренные выше тезисы позволяют с уверенно­стью заключить следующее: в 1945 г. христианско-демократические полити­ки понимали, что политическая модер­низация должна доминировать и уп­равлять экономической.

Рассмотренное выше - яркий при­мер политического мировоззрения, ко­торое в первые десятилетия после Вто­рой мировой войны носило патернали­стский характер: политическая элита предъявляла гражданам правильные с ее точки зрения установки. Соци­альные протесты 60-х годов прошлого столетия, закончившиеся становлением новых буржуазных (burgerlich) партий, таких как «зеленые», заставили отка­заться от патернализма, искать специ­альные формы общения как с однопар- тийцами, так и согражданами.

Следует подчеркнуть, что проблема ХДС как исходно мировоззренческой партии заключалась в присутствии в названии указания на христианство: оно позволяло не задумываться над развитием собственного политического мировоззрения.

---

[1] В статье А.И.Патрушева «Х.-У.Велер и немецкая социально-научная история» (Новая и но­вейшая история. 2004. № 3. С. 149-159): «Специфика понимания модернизации Велером состоит в том, что он рассматривает историю немецкого общества не просто как процесс модернизации, а как сосуществование рядом элементом традиции и модерна. Именно поэтому <...> он выдвигает концепцию «оборонительной модернизации» <...> В середине XIX века в Германии совпали две революции - успешная промышленная и потерпевшая крах политическая. Это еще раз подтвержда­ет мысль Велера о частой диахронности экономического и политического развития» (С. 156).