Драматические события в Польше, 1980-1981 гг.

Монография посвящена событиям, связанным с зарождением "Солидарности", и анализу ее общественно-политической деятельности вплоть до введения военного положения в декабре 1981г. Многие из окружения польского президента Л.Валенсы получили огромные преимущества перед остальными. Происходило их обогащение. Общество разделилось на бедных и богатых, патрициев и плебеев, на низших и высших. Все делалось в интересах последних. В ситуации, когда маятник резко качнулся от социализма к капитализму, многие поляки стали испытывать ностальгию по преимуществам социалистических идей и практики, в первую очередь по социальной справедливости. В книге приводится высказывание одного из бывших советников Л.Валенсы: "Польша не такая, какой они ее представляли, борясь за нее. Это несправедливая Польша.

Она осталась государством привилегий и неравенства, в ней больше ценятся ловкость и аморальность, чем честный труд, слишком часто встречаются хамство со стороны представителей власти и пренебрежительное отношение к людям". Автор ставит вопросы, определяющие цели и содержание исследования: такой ли уж безошибочной и безвинной была "Солидарность"? Только ли существовавшая власть несет ответственность за то, что не было найдено компромисса, взаимопонимания с профобъединением? Можно ли считать единственными виновниками введения военного положения В.Ярузельского и его единомышленников?

 

Забастовочное движение жаркого лета 1980 г., когда зародилась "Солидарность", носило экономический характер и не ставило целью изменение общественного строя. Бастующие заявляли, что они не борются против социализма, как общественного строя, а, наоборот, выступают за социализм. Они подчеркивали, что принципы социализма были извращены. Не выступали бастующие и против руководящей роли Польской объединенной рабочей партии (ПОРП). Одним из важнейших требований рабочих было требование создания свободных профсоюзов. Щецинское, Гданьское и Ястшембовское соглашения свидетельствовали, по мнению автора, о том, что в ПОРП и правительстве имелись силы, стремившиеся к компромиссу с рабочими. Вместе с тем некоторые из выдвигаемых рабочими требований они считали "чрезмерными и преждевременными". Для их осуществления не было ни условий, ни возможностей. Следует иметь в виду, указывает автор, что в ходе переговоров
"представители рабочих контактировали не с представителями другого класса, не с врагами, экстремистами, а с представителями рабочей власти". Предметом контактов, следовательно, не были противоречивые интересы различных классов. Их сущностью было формирование основ для устранения искривлений и извращений исполнительной власти. В соглашениях реформаторы видели основу восстановления связи с партией, с людьми труда, со всем обществом, подтверждения уважения воли рабочего класса. Правительство и ПОРП намерены были последовательно соблюдать условия соглашений. (В сентябре вместо Э.Герека на пост Первого секретаря ПОРП был избран С.Каня.) По-иному было настроено руководство "Солидарности". Это показала борьба вокруг вопроса о регистрации этой организации. По мнению автора, партийно-государственное руководство не чинило серьезных препятствий становлению "Солидарности". Напротив, Именно последнее сделало все возможное для того, чтобы накалить страсти вокруг этого вопроса и усилить общественную конфронтацию.

 

 

Успех с регистрацией способствовал упрочению в руководстве "Солидарности" позиций деятелей, делавших ставку на политическую борьбу. Среди них много было таких, кто ставили свои личные корыстные цели выше общественных. В этой связи автор приводит слова известного польского публициста А.Василевского: "Годы научили меня оценивать политические группировки по качествам людей, которые с их помошью лезут наверх. Так вот, подобной компании демагогов и истериков; Закомплексованных и неудачников, мошенников и завистников, гордецов и лицемеров, которую в короткое время собрала оппозиция, сформировав из этой разновидности рода человеческого организационный авангард, давно не было в нашей общественной жизни. Тот факт, что за его спиной стояли массы людей с добрыми намерениями и помыслами, делает ситуацию еще хуже". Автор добавляет, что были в "Солидарности" и люди, достойные уважения, но не они задавали в ней тон. Именно руководство "Солидарности" вело дело к тому, что профобъединение постепенно становилось лишь своеобразным 22-1 отражением его прошлой практики как в политическом смысле, так и в отношении модели. В философском плане можно говорить, что она была организацией, ориентировавшейся не только на документы, протест, но и на сплочение нетождественных, часто противоположных интересов. "Солидарность" превращалась в мегапартию с отрицательным идейно-политическим знаком. Это означало, что большинство негативных процессов, которые шли в ПОРП, становились ее уделом.
Подписав соглашения с трудящимися, руководство ПОРП и польское правительство с большой ответственностью приступили к их реализации. Однако руководство "Солидарности", используя, в частности, вопрос о свободных субботах, "вопиющим образом пошло на нарушение, если не сказать больше, разрушение положений достигнутых соглашений". Позиция, которую заняла "Солидарность" в вопросе о добровольной работе горняков в свободные субботы, "была классической иллюстрацией отсутствия чувства ответственности за польское государство".
Каждый, кто хоть немного ориентировался тогда в политической ситуации, пишет автор, не мог не видеть, что значительная часть членов ПОРП проявляла свои симпатии к "Солидарности", т. е. не были ее противниками. Не были противниками "Солидарности" и отраслевые профсоюзы, которых она считала прислужниками ПОРП. Была реальная возможность установить с ними связь. "Но такого желания у Валенсы и его окружения не наблюдалось". "Солидарность" отвергла решения IX съезда ПОРП и программу правительства, основывавшиеся на идее национального согласия. Организуя "голодные марши", забастовки, "Солидарность" практически с конца июля "вступила в новую фазу" борьбы за власть, что подтвердил I съезд "Солидарности".

 

Автор отмечает, что в руководстве "Солидарности", особенно после I съезда, в части региональных управлений получают перевес крайне радикальные, экстремистские силы. Они повели собственную игру, не отвечавшую интересам масс. В результате "профобъединение начинает постепенно терять свой авторитет". Зондажи общественного мнения показали, что 51% членов "Солидарности" не одобрили курс на гражданскую войну, а примерно треть определенно отмежевались от курса "Солидарности" и в принципе разделяли взгляды властей. В этих условиях руководство "Солидарности" взяло курс на форсирование событий и вступило в решающую фазу борьбы за власть. Об этом свидетельствуют материалы закрытого совещания в Радоме. Автор приводит отрывки из выступления Л.Валенсы: "Я хотел бы прийти к этой конфронтации естественным путем, тогда, когда все группы общества будут с нами. Однако я ошибся в расчетах, потому что думал: мы еще Продержимся, а потом скинем и эти сеймы, и эти советы и т.д. Оказывается, однако, что дальше нам на этой тактике уже не уехать. Поэтому мы выбираем дорогу для мгновенного маневра". И далее: "Ни одно из изменений системы не может обойтись без ударов в челюсть, но нечего и говорить, игру эту надо выиграть. Попытки достигнуть компромисса с руководством "Солидарности" не удались. Атмосфера ухудшалась с минуту на минуту. Перед руководством страны встал вопрос ребром что делать? Виделись два варианта. Первый - мирный, эволюционный перелом. Такой шанс, по мнению автора, давали создание Согласительного совета, а также запрет забастовок на зиму. Второй - перелом драматический, радикальный. В создавшейся в стране напряженной обстановке правительство В.Ярузельского приняло решение о введении военного положений с целью предотвратить социальный взрыв с последствиями, аналогичными чехословацким событиям 1968 г. Автор приводит ряд доводов и цитат из выступлений политиков в поддержку этого решения. "Время показало, - пишет он, что военное положение было "меньшим злом", причем для всех: Польши, Советского Союза, Западной Европы.
В заключение автор повторяет свою мысль о том, что именно на "Солидарности" "во многом лежала огромная ответственность за то, что страна оказалась у критической черты".

27 января 2012 /
Похожие новости
  В первой главе " От доктрины Брежнева * к равноправию и самостоятельности" прослеживается процесс пересмотра сущности взаимоотношений между соцстранами, основанными на "коллективной
Введение военного положения в Польской Народной Республике в ночь с 12 на 13 декабря 1981 г. было, несомненно, событием исключительной важности. Вновь и вновь вызывает политические скандалы и
    Опыт первых лет системной трансформации в Польше показывает, что динамичные и глубокие изменения происходят прежде всего в политической и экономической сферах, значительно медленнее
    Некоторое время назад в польской социологии понятие "средний класс" имело негативную окраску. Тезис об американском среднем классе трактовался как идеологическая манипуляция,
   «Круглый стол» - особый переговорный процесс в Польше, проходивший с 6 февраля по 5 апреля 1989 г. и ставший важным этапом в демонтаже коммунистического режима в стране. На
Комментарии

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Вопрос:
Столица России?
Ответ:*
Введите код: