Из истории архаической Греции: Мегары и мегарские колонии

В монографии на основе данных мифологической традиции, литературных источников, археологических и эпиграфических материалов реконструируется история Мегариды X-VI вв. до н.э. и полиса Мегары - одного из наиболее значительных дорийских государств архаической Греции, сопоставимого по уровню своего экономического и социально-политического развития с такими крупнейшими городскими центрами той эпохи, как Коринф, Халкида, Милет. Наряду с ними Мегары являлись и ведущим центром колонизационного движения VIII-VI вв. до н.э.

Изучение истории архаических Мегар, как отмечается во введении, призвано дополнить картину становления греческого полиса, формирование и сущность которого остается одной из ключевых проблем античного общества, но разрабатывается преимущественно на материалах Афин и Спарты.
В главе I рассматриваются географическое положение, природные ресурсы, путевки и население Мегариды. По занимаемой площади (470 кв. км) это была одна из самых маленьких областей Греции, но в отличие от большинства из них ее территорию занимал только один полис, который, таким образом, может быть отнесен к разряду средних по размерам городов-государств. Расположение Мегариды на перешейке, связывающем Пелопоннес и Среднюю Грецию, наличие выхода к двум морям и, вместе с тем, крайняя ограниченность земельных ресурсов предопределили развитие Мегар прежде всего в качестве торгово-ремесленного центра и его ориентацию на выведение колоний
Автор доказывает, что как само предание, так и его последующая модификация, являются в значительной степени искусственно созданными конструкциями, отражающими политические интересы Мегар в тот или иной период архаической эпохи. Несостоятельны также, по мнению Л.А.Пальцевой, и выдвинутые современными учеными так называемые «афинская» и «беотийская» теории, основанные на соответствующих версиях традиции и рассматривающие Мегариду микенского и постмикенского времени как часть Афинского государства или как территорию, зависимую от Беотии.
Автор отмечает синхронность процессов синойкизма в Мегариде и ослабления царской власти, обусловленного ростом могущества и влияния аристократии, постоянно расширявшей свой состав за счет «провинциальной» знати по мере присоединения все новых общин. В объединенном Мегарском государстве власть царя оказалась ограниченной аристократическим Советом эсимнетов. Сохранение в Мегарах при дорийцах этого чисто ионийского по названию института, хотя и с качественно иными функциями, по мнению автора, стало следствием инкорпорации в состав правящей элиты полиса значительной части старой ионийской аристократии. В VIII в. до н.э. царская власть окончательно исчезает в Мегарах и вместо нее вводится выборная, ограниченная годичным сроком, должность «царя»-эпонима.
Глава III посвящена колонизационной деятельности Мегар, в истории которой автор выделяет три этапа. Каждый из них характеризуется освоением определенного региона. Первый этап, датируемый второй половиной VIII в. до н.э., ознаменовался выведением колонии в Сицилию (Мегары Гиблейские - 727 г. до н.э., по Фукидиду). В дальнейшем, однако, происходит переориентация мегарской колонизации, связанная с событиями так называемой Лелантской войны. Начавшаяся с узколокального конфликта между Халкидой и Эретрией, она быстро переросла в длительную борьбу двух коалиций греческих полисов за передел сфер влияния. Основной зоной столкновения их интересов оказалась Сицилия - главный в VIII в. район греческой колонизации. В результате доступ туда мегарянам, выступившим на стороне эретрийцев, был закрыт из-за противодействия Халкиды и Коринфа, прочно обосновавшихся на этом острове. На втором этапе, продолжавшемся около пяти десятилетий (711-660 гг. до н. э.), основным направлением мегарской колонизации становится северо-восточное.
В целом, отмечает автор, хотя по числу своих колоний Мегары уступали таким городам, как Халкида или Милет, а значение всех мегарских апойкий (кроме Византия) не выходило за пределы своего региона, тем не менее колонизационная деятельность Мегар была заметным явлением в общем потоке греческой колонизации.
Завершает главу анализ взаимоотношений Мегар с Дельфийским святилищем, сыгравшем большую роль в греческой колонизации. Как считает автор, нет никаких оснований видеть в Дельфах VIII - начала VII в. до н. э. панэллинский центр, руководивший колонизационным движением. На этом, раннем этапе Дельфы ориентировались на одну группировку полисов - халкидскую. Соответственно, Мегары, принадлежавшие к эретрийской коалиции, в своих колонизационных мероприятиях не пользовались поддержкой Дельф. Приобретение последними статуса общегреческого религиозного центра, вероятно, по крайней мере отчасти связано с их принадлежностью к победившей в Лелантской войне группировке. С этого времени, когда прежнее политическое размежевание утратило свое значение, Дельфы действительно становятся популярным консультационным центром по вопросам колонизации для всех метрополий Греции, включая и Мегары, первой колонией которых, выведенной по указанию Дельфийского оракула, стал Византий (660 г. до н.э.).

Впрочем, поражение в войне с Коринфом не лишило Мегары статуса крупной морской державы, а сокращение земельного фонда послужило даже, как полагает автор, дополнительным стимулом роста неаграрного сектора экономики.
Подобно многим другим греческим полисам архаического времени Мегары в VII в. до н. э. пережили режим тирании, что само по себе является свидетельством дестабилизации общества. Однако модель мегарского общества второй половины VII столетия в силу состояния источников может быть представлена лишь гипотетически. По мнению автора, в основе социального конфликта могли лежать противоречия между родовой землевладельческой знатью, с одной стороны, и формирующимся слоем богатых, но не знатных торговцев и судовладельцев, а также разоряющихся крестьян, - с другой. Именно на последних, как полагает Л. А. Пальцева, и опирался мегарский тиран Феаген, осуществивший государственный переворот в 640-х годах VII в. до н.э.
Впрочем, правление Феагена, по-видимому, не разрешило существующих противоречий и конец VII - первая половина VI в. до н.э. характеризуются античными писателями как период господства «необузданной демократии» - время беззакония и смуты. Несмотря на очевидное расширение полномочий и состава народного собрания за счет беднейшего населения, мегарский демос и его вожди оказались не в состоянии осуществить сколько-нибудь радикальные социальные преобразования, подобные реформам Солона в Афинах.

 

25 апреля 2012 /
Похожие новости
    Великая греческая колонизация открыла новый период в истории Эллады. Она сыграла огромную роль в процессе формирования греческой классической цивилизации, и, конечно, правы те ученые,
  Как известно, первые тиранические режимы возникли в середине VII в. до н.э. в полисах, расположенных в северо-восточном Пелопоннесе, и, прежде всего, в приистмийском районе: в Коринфе в 657
В истории греческой колонизации западного Средиземноморья первенствующая роль по праву принадлежит Эвбее. Уже в начале первой половине VIII века до н.э. эвбейские полисы Халкида и Эретрия выступили
    Рассматривая проблему полиса, исследователи традиционно выделяют три пути его возникновения. Синойкизм, ярчайшим примером которого являются Афины, самостоятельный рост поселков, что
Монография Д.В.Тэнди посвящена экономическому перевороту, который потряс материковую Грецию и Эгеиду в VIII в. до н.э. и положил конец длительной стагнации периода «темных веков». Результатом явилось
Комментарии

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Вопрос:
Столица России?
Ответ:*
Введите код: