Австро-Германские дипломатические контакты 1918-1919 гг.

Когда осенью 1918 г. габсбургская монархия под гнетом внутренних противоречий находилась на пороге своей гибели, стало ясно, что немецкоязычные австрийцы стоят перед проблемой своего политического будущего. Существовало три возможности для будущего развития Австрии: во-первых, сохранить многонациональную монархию на федералистских началах; во-вторых, объединить Австрию с Германией; и, в-третьих, образовать независимое государство Австрия с перспективой австрийской нации.

Однако уже в октябре 1918 г. стало понятно, что первая возможность – федерализации монархии – отпадает. Нерешенный национальный вопрос, дезинтеграция многонационального населения привели к осознанию того, что дальнейшее государственное сосуществование австрийцев со славянскими народами стало невозможным. Оставалось либо присоединиться к Германии, либо идти по небезопасному пути независимости.

12 ноября 1918 года на третьем заседании Временного Национального собрания было решено считать Немецкую Австрию демократической республикой и составной частью Немецкой республики. Поэтому после 1918 года вопрос присоединения Немецкой Австрии к Германии постоянно находился в центре внимания правящих кругов, как Австрии, так и Германии.

Германия стремилась к расширению экономического и политического господства в Европе в области политики и экономики, мостом к достижению которого была Австрия. Основной упор немецкой политики сближения делался на дипломатическую сферу. Особую роль в этом сыграл назначенный в 1916 г. немецкий посол в Вене, граф Бото фон Ведель, который стал убежденным приверженцем немецко-австрийского объединения и посредником между Берлином и Веной. В марте 1916 г. Ведель уже ходатайствовал об австро-немецких переговорах и настаивал на предварительном совещании об австро-немецком экономическом сближении.

Более жесткой немецкая интервенция стала после смерти кайзера Франца Иосифа. Теперь скорый распад Австро-Венгерской монархии немцы считали делом решенным и открыто выступали с намерениями аннексии немецкоязычной Австрии. Так как заграница принимала в расчет национальный распад габсбургской монархии после войны и объединение остаточной Австрии с Германией – идея аншлюса была поддержана политиками эмиграции, в первую очередь чехами Масариком и Бенешем.

Австро-Германские дипломатические контакты 1918-1919 гг.
Официальное австрийское руководство еще придерживалось фикции многонационального государства. Князь Бюлов выразил вследствие этого укрепленную немецкую уверенность в 1916 г.: «Даже если мы должны были проиграть эту войну, мы все же выиграем партию, поскольку аннексируем Австрию». Вместе с тем впервые появляется немецкая «идея компенсации», которая должна была стать существенным компонентом в немецкой внешней политике в течение первых послевоенных месяцев.

Австрийская сторона пыталась достичь разделения экономических и политических переплетений. При выходе России из войны возник вакуум власти в том районе Европы, который был целью немецкой экспансии. Отягчающие изменения в Восточной Европе вызвали у западных держав полный переворот в оценке Австро-Венгерской монархии. Если недавно Антанта приветствовала решение о присоединении Австрии к Германии, то теперь она настолько боялась такого перераспределения «баланса сил» в Средней и Восточной Европе в пользу Германии, что сохранение Австро-Венгерской монархии снова получило определенную политическую важность как противовес могуществу Германии. Мысль о присоединении потеряла на западе свою привлекательность, поскольку присоединение остаточной Австрии к Германии означало бы экономическое, стратегическое и политическое укрепление и без того могущественной власти Германии. Изменчивая судьба идеи аншлюса зависела не от национального, народного течения, которое только намечалось, а от всемирно-политического и экономического развития.

Австро-Германские дипломатические контакты 1918-1919 гг.

Небезопасная, напряженная ситуация Австро-Венгрии в течение первых октябрьских дней 1918 г. была тщательно зафиксирована немецким имперским правительством. Насколько велик был немецкий интерес к Австрии, ясно из переписки между уже упомянутым немецким послом в Вене, графом Веделем и генералом Людендорфом. Вместе с рейхсканцлером Максом фон Баденом они задавали тон и проявляли инициативу в вопросе аншлюса в течение октября 1918 г.

Граф фон Ведель 2 октября 1918 г. сообщил министерству иностранных дел, что австрийцы ввиду национального распада габсбургского государства требовали присоединения к Германии. Они, по его мнению, видели в аншлюсе последнюю надежду и одновременно настаивали на проведении ясной немецкой политики по вопросу присоединения.

Немецкий посол в Вене, который был обеспокоен федеративными планами того времени, настаивал в Берлине на присоединении. Разумеется, было бы лучше, если бы австрийцы взяли инициативу на себя в этом вопросе, так как Антанта была бы обеспокоена возможностью увеличения Германии. Германия не хотела создавать впечатление, будто бы она проводит империалистическую политику.

В середине октября 1918 г., в то время как на фронтах начались боевые действия, и в Австрии не было еще никакой ясности в желаниях населения, в Берлине снова стали активно ратовать за аншлюс. Ввиду военного положения и ожидаемых потерь территорий после заключения мира, вспомнили о теории компенсации, которая уже обсуждалась в 1916/17 гг. Прежде всего, высшее командование искало возможность возместить вероятные территориальные убытки и в некоторой степени восстановить экономический потенциал. Усилившаяся национальная волна в Австрии позволяла Германии продолжать свою империалистическую внешнюю политику, ссылаясь на право самоопределения народов.

Генерал Людендорф считал присоединение неизбежным и думал, что «раньше или позже присоединение областей немецкой национальности осуществится ». Такое развитие событий было бы, по его мнению, ценной компенсацией разочарований. В тот же день он передал императору Вильгельму II «Замечания об Австрии», где говорилось, что Венгрия и Австрия, окруженные независимыми и враждебно настроенными государствами, такими как Чехия, Румыния, Польша, нуждаются в присоединении к Германии, чтобы дать жизнь и будущее своей расе.

Австро-Германские дипломатические контакты 1918-1919 гг.

Между тем вопрос дальнейшего существования обсуждался в Австрии в духе присоединения к Германии. Ярым сторонником аншлюса был, прежде всего, теоретик социал-демократии Отто Бауэр. Бауэр, который уже перед началом мировой войны предсказывал национальный распад Габсбургского государства, не сразу добился признания в своей партии как представитель левого крыла. Еще 11 октября 1918 г. руководство партии отклонило предложение Бауэра о присоединении. Виктор Адлер и Карл Реннер еще лелеяли надежду на создание Дунайской федерации. Несмотря на сдержанное отношение по вопросу аншлюса своих товарищей по партии, Бауэр разработал программу будущего Австрии, которую он изложил на страницах «Арбайтер-Цайтунг».

Бауэр считал, что немецко-австрийского государство нуждается в судето-немецкой области и видел в объединении с Германией единственную возможность ее получить. 13 октября 1918 г. он писал: «Мы должны создать, по меньшей мере, три немецко-австрийских государства; внутренне-австрийское, немецко-богемское и силезско-североморавское... Даже самое большое из них, внутренне-австрийское государство не способно самостоятельно существовать... Для немцев в Австрии, поскольку они придерживаются права на самоопределение народов, вообще возможна только одна программа: Мы образуем три немецко-австрийских государства, которые должны присоединиться как особые федеративные государства к Германии...».

Бауэр считал Немецкую Австрию экономически нежизнеспособной и видел лишь один выход – присоединиться к большой немецкой экономической области Германии». Кроме того, он полагал, что движение за присоединение усилило республиканскую идею – габсбургская Австрия как составная часть Германии была бы немыслима.

В конечном счете, романтичные, великогерманские идеи присутствовали в социал-демократическом движении за аншлюс. Здесь отчетливо отразилось понимание, что австрийцы являются частью немецкой нации, которого многие социал-демократы придерживались вплоть до эмиграции 1938 г. В то время, как социал-демократия стала борцом за присоединение к Германии, для других партий Австрии на первом месте стоял вопрос о будущей форме государственного правления.

Так, в октябре 1918 г. либеральные партии ратовали за республику; христианские социалисты, напротив, выступали в защиту Дунайской федерации и за сохранение конституционной монархии, и только небольшая часть интеллигенции сначала выступала за аншлюс. В немецко-национальных партиях не было единодушного воодушевления по вопросу присоединения: только две партии – Немецко-австрийская партия Независимости и Немецкая Национал-социалистская рабочая партия – выступали за быстрое объединение с Германией. Разумеется, были и безусловные противники аншлюса – коммунисты и монархисты. Они были последовательными сторонниками независимой Австрии, которую одни видели как республику, другие – как ядро монархии.

Очевидная деятельность в вопросе аншлюса исходила от немецко-австрийской стороны. Действительно, австрийцы, ставшие «за ночь народом без государства», – как говорил Карл Реннер, – «испытывали тяжелый шок от распада хорошо функционирующей хозяйственной организации и сомневались, что оставшейся промышленностью можно возместить потерянные рынки сырья и рынки сбыта». Возникла идея о «нежизнеспособности» Австрии, которая искусно была пущена в ход немецкими политиками. Быстро распространились слухи о беспомощности и беззащитности Австрии. Социал-демократы, которые с самого начала пропагандировали присоединение Австрии к Германии, натолкнулись на отчуждение представителей промышленности, дворянства и крестьян. Промышленники и банкиры боялись немецкой конкуренции; аристократия, чиновники монархии, офицеры и высшее духовенство не надеялись на реставрацию Габсбургов посредством присоединения; крестьянское население, преимущественно католики, боялось протестантского севера. В федеральных землях настроение также не было единодушным. Тироль ратовал за собственную независимость, Каринтия беспокоилась за южные части страны, а Форарльберг решил плебисцитом присоединиться к Швейцарии.

 

Продолжение...

10 ноября 2011 /
Похожие новости
   Несмотря на то, что именно Карл Реннер провозгласил Немецкую Австрию как часть Германского государства, он подчеркивал, что статья об аншлюсе - всего лишь декларация, которая получит
    На страницах рупора австрийской социал-демократии газеты «Арбайтер Цайтунг» Отто Бауэр изложил основные постулаты германо-австрийского сближения.
Вопрос о перспективах развития австрийской государственности занимал одно из ключевых мест в программах всех политических партий. Его решение зависело не столько от национальной самоидентификации,
  Антанта имела негативное отношение к вопросу о присоединении, потому что она боялась значительного прироста власти Германии за счет присоединения к ней Австрии и угрозы из-за этого для
  Опасение немцев в Германии, что распад Австро-Венгерской империи создаст вакуум власти, торопило высшее командование и имперское правительство решить вопрос о присоединении. Но в то же время,
Комментарии

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Вопрос:
Столица России?
Ответ:*
Введите код: